Лена. Детдом. Комната в коммуналке от государства. До 22 лет периодические халтуры и дворовые ханыги в круге общения. Затем пристраивают ее по знакомству на постоянную работу. Зарплата небольшая, но госконтора, с больничными и отпусками. И не очень напряжная работа.
Беременность от кого-то из местных алкашей. Декретный. Выход на работу.
Через год вторая беременность. Снова от кого-то из местных синяков. Что первый, что второй сожители испарялись сразу же после “залёта”. Декретный. Выход на работу. Зарплата всё так же небольшая, но фирма закрывает глаза на постоянные больничные, то с одним отпрыском, то со вторым. Может, и хотели бы уволить, да мать-одиночку с двумя детьми замучаешься увольнять.
Уволилась Лена сама. Кто-то из приятелей наобещал золотые горы за ничегонеделание в фирме “Рога и копыта”. Так что, заявление по собственному и — прощай, дружный коллектив. Начальники облегченно выдыхают.
С новой фирмой закономерно кинули. Нет работы, нет денег. Сдает свою комнатушку и перебирается жить к подруге.
Новый мужик. На этот раз не какой-то там синяк, а какой-то там Рафик. Еще одна беременность. Мужик исчезает сразу же, как только будущая трехкратная мать берет для него кучу кредитов во всяких “Микрозаймах”. На раскручивание бизнеса, который вот-вот “взлетит” и денег будет просто море.
Третий ребенок. Работы всё так же нет, зато есть кредиторы, что не дают жить спокойно.
Переезжает жить к подруге в какую-то деревню. С тремя детьми, кучей долгов и отсутствием перспектив. Шлет оттуда периодические призывы знакомым, с просьбами о помощи. Ей тяжело. Ну да, ну да.
Хор знакомых поет осанну о необходимости помощи Лене. Она одна, она несчастна и у нее трое детей. И если всем миром мы… Человеки мы или нет?
Нет. Уже нет. Хватит. После первого дитяти я скидывался на необходимую ей стиралку и чего-то там еще. Помогал, привозил, передавал — после второго. После третьего — без меня. Пора заканчивать ее эксперименты с отечественным генофондом. Предложение: детей в детдом, мать-героиню на вивисекцию.
После таких предложений проклят и предан анафеме. Некоторыми общими знакомыми — к сожалению. Героиней истории — к счастью.